Молитва

Этапы возрастания в молитве

колебался перед тем, как написал в заголовке этого раздела слово «этапы». Я боялся создать ложное впечатление, будто бы бывают «молитвы для начинающих» и «для продвинутых». Речь пойдет не о наборе молитвенных навыков или способностей, а скорее о зрелом сотрудничестве с Богом. По собственному опыту я могу выделить по меньшей мере три этапа.

Первый этап – это просто детская просьба о желаемом.

Наши друзья несколько раз присылали своих детей к нам – погостить в Колорадо. Не имея собственных детей, я каждый раз изумлялся, насколько односторонне воспринимает ребенок свои отношения со взрослыми. Ребенок не сомневается, что ты его разбудишь, застелишь его кровать, покормишь, отведешь в кино и за все заплатишь. Дети могут поблагодарить тебя, но, как правило, они не делятся своими впечатлениями и редко затевают беседы. По мнению ребенка, взрослые существуют для того, чтобы удовлетворять его потребности. Другими словами, дети – существа незрелые. Я тоже иногда кажусь себе незрелым, когда без конца прошу Бога решить мои проблемы и исполнить мои желания.

Но нельзя сбрасывать со счетов эти детские просьбы. Христос часто отзывался именно на такие мольбы, особенно когда они исходили от людей, которым и в голову-то не должно было прийти такие просьбы высказывать: от иноплеменной женщины, от римского сотника, от друзей паралитика, которые разобрали крышу дома. По моим наблюдениям, чаще всего ощутимые ответы на молитву получают новообращенные христиане, которые умеют молиться лишь о том, чего в данный момент хотят. Я поражаюсь их детской доверчивости. Мартин Лютер говорил, что нужно открыть пошире пустую суму и смело просить у Отца то, чего хочешь.

Христианин из Японии рассказывал мне: когда он впервые приехал в США, то был потрясен нашей манерой молиться. Молящийся американец, говорил он, напоминает человека, который пришел в ресторан и заказывает бифштекс: «Хорошо прожаренный, с пикулями, салатом и картофелем фри. И побольше кетчупа, пожалуйста». Молящийся японец похож скорее на туриста в чужой стране: он пришел в ресторан, но неспособен прочесть меню. С помощью жестов и разговорника он объясняет хозяину, что ему хотелось бы получить фирменное блюдо заведения. Мой японский друг пытался сказать, что жители Востока приступают к молитве с большей верой, но одновременно – и с большей тревогой. Они больше готовы к неожиданностям: никогда не знаешь, что подадут – это решает хозяин. Двум культурам – западной и восточной – есть что перенять друг у друга в плане молитвы.

Второй этап молитвы (напомню еще раз, что «второй» – не значит «более ценный») – это размышления в присутствии Бога и вместе с Ним. Мистики считают, что по мере духовного роста из нашей молитвы уходят просьбы, а главной целью становятся глубокие размышления (или созерцание). Не могу с этим полностью согласиться по той простой причине, что, когда Иисус учил молиться, Он особо подчеркивал именно роль просьбы. Разве молитва Господня не состоит из прошений?

Со временем, однако, я стал видеть, как меняются мои просьбы после молитвенного размышления. В конце концов, я хочу молиться о том, что угодно Богу, и если Бог чего-то для меня не желает, я тоже не должен к этому стремиться. Молитвенные размышления помогают лучше узнать Бога, согласовать свои желания с Божьими. Мне никогда не удастся вполне согласовать свою волю с волей Бога, потому что я не способен познать ее до конца. Однако то, что я знаю, влияет на мои молитвы.

Один священник сказал: «Молитвой можно достичь всего – кроме того, на что нет воли Божьей». Конечно, мы не вполне знаем Божью волю – поэтому мы и молимся.

Я давно знаю, что мудрый Бог часто отвечает на молитвы не так, как бы мне хотелось. Я молюсь о том, чтобы моя книга победила на конкурсе – но вместо победы получаю откровение: мне нужно еще работать и работать над своим литературным стилем. Я молюсь о том, чтобы сделаться богаче – но в результате понимаю: деньги станут проклятием, отвлекающим меня от более важных вещей. Я получил уже немало таких уроков.

Теперь я стараюсь рассматривать свои незрелые молитвы-просьбы в свете знаний, пришедших от Бога во время молитвы-размышления.

Сегодня потребителям предлагают множество курсов «медитации», иными словами – созерцания. При этом упор делается на расслабление, самосозерцание и самоусовершенствование. Но молитвенное созерцание – это другое. Молясь, я стараюсь сосредоточиться не на себе, а на Том, Кому я молюсь, – на Боге. Если я буду искать Бога, то я в конце концов пойму, чего Бог хочет от меня, и буду этим удовлетворен. Современная американская писательница Патриция Хэмпл говорит, что молитва лишь по форме похожа на речи, обращенные к Господу. При общении с Богом главное – внутреннее состояние молящегося. «Сосредоточьтесь. Найдите такое состояние, и слова придут сами».

В конце Своего молитвенного борения в Гефсиманском саду Иисус сказал: «Да будет воля Твоя» (Матфей 6:10). И это – после прямой просьбы об ином исходе. Его слова словно подвели итог всему, сказанному ранее. Я все больше убеждаюсь: слова «Да будет воля Твоя» должны следовать в конце молитвы, а не в ее начале. Если я начинаю с этого уточнения, то подвергаюсь искушению «отредактировать» свои молитвы, подавить собственные желания и принять любой исход событий. Но тогда я не делаю того, чего хочет от меня Господь. А Он хочет, чтобы я открывал Ему свои просьбы и таким образом лучше познавал себя.

В Книге пророка Даниила есть прекрасный пример веры, сочетающей и человеческое желание избежать смерти, и готовность принять Божью волю, какой бы она ни была. Трое юношей объясняют царю, почему они отказываются поклониться истукану, невзирая на угрозу быть брошенными в раскаленную печь:

«Бог наш, Которому мы служим, силен спасти нас от печи, раскаленной огнем, и от руки твоей, царь, избавит. Если же и не будет того, то, да будет известно тебе, царь, что мы богам твоим служить не будем и золотому истукану, которого ты поставил, не поклонимся»
(Даниил 3:17-18).

Слова «если же и не будет того» относятся уже к третьему этапу молитвы: человек подчиняет себя воле Бога.

К этим словам Иисус пришел после долгой ночи борения в Гефсиманском саду: «Не Моя воля, но Твоя да будет» (Лука 22:42). В конце концов я понял, что молитва – это средство исполнить не мою, а Божью волю. Да, Бог слышит наши просьбы и отвечает на них. Да, Бог определенным образом учитывает эти просьбы в Своих планах. Но и многим мученикам (в том числе христианам, гонимым за веру в наши дни), и даже Самому Сыну Божьему пришлось познать нехитрую истину: наши заветные желания не всегда исполняются.

«Не спешите молиться! – предостерегает Юджин Петер-сон, выдающийся американский проповедник и писатель, известный своим переводом книг Ветхого и Нового Заветов на современный английский. – Весьма вероятно, что после молитвы вам придется принять условия Бога: чаще всего в результате молитвы мы получаем не то, чего хотим, а то, чего хочет Бог. И результат бывает совершенно неожиданный – такой, который никогда бы не выбрали мы сами. А когда мы, наконец, начинаем понимать, что происходит, обратной дороги уже нет».